Черная вода  - Андреас Фёр

Тем не менее Кройтнер запросил список пассажиров. Рюдигера Отта там не значилось. Кем бы этот человек ни был, он солгал о своем пребывании здесь. И это так обеспокоило Кройтнера, что он уже подумывал сказать Валльнеру правду, а именно то, что Лара Эверс была с Оттом. Или, по крайней мере, покинула Мангфалль вместе с ним. Но что из этого выйдет?

Отт, вероятно, сказал бы, что он высадил девушку и больше ничего о ней не слышал. Кроме того, хотя Лара получила сотовый телефон от Гарри Линтингера, она так и не включила его. Вероятно, из страха быть запеленгованной. Навести на нужный след мог только предполагаемый господин Отт. Кройтнер очень надеялся, что пока еще не слишком поздно.

* * *

Норберт Петценбергер, он же Чувак, облегчался в мужской комнате пивной «Мельница Мангфалль», когда кто-то подошел к нему сзади.

– И как? Все круто в штанах?

Кройтнер стоял у входа, держась за дверной косяк.

– Сойдет. – Беспокойство ненадолго остановило поток мочи. – Я хочу закончить спокойно, о’кей?

– У меня есть время, – сказал Кройтнер, отвернувшись. Рядом снова полилось. – Если твои два литра Red Bull вышли, я бы хотел поговорить о бизнесе.

– Я не занимаюсь бизнесом с копами.

– Мой коллега Валльнер поведал мне кое-что другое.

Чувак закончил и застегивал штаны.

– Это все история с моим отцом?

Кройтнер повернулся к тучному молодому человеку:

– Я не сказал тебе ничего подобного.

Чувак оттеснил Кройтнера в сторону.

– В любом случае это никогда не понадобится. Я сам рассказал все старику. – Он подошел к раковине.

– Ему понравилось? – Кройтнер прислонился к стене, скрестив руки. Если это было правдой, шантажировать Чувака больше не получится.

Петценбергер небрежно включил кран. Струя под высоким давлением выстрелила в раковину, а оттуда на брюки Чувака.

– Да что за хрень! Этот ублюдок когда-нибудь исправит гребаный кран?

Ущерб был внешне не заметен, так как Петценбергер носил черную футболку и черные джинсы. В то время как Чувак промокал мокрые пятна бумажным полотенцем, Кройтнеру пришла в голову идея.

– Скажи-ка, а малышка, которая с вами, как ее зовут? Франци? – Чувак буркнул нечто, прозвучавшее как согласие. – Вчера вечером получился отличный номер. Она действительно от тебя торчит?

– Понятия не имею. Это меня не интересует. Дашь пройти? – Чувак собирался покинуть туалет, но Кройтнер остановился в дверях.

– Это его не заботит! – Кройтнер рассмеялся. – Ты сам-то в это веришь?

– Это не твое дело. – Чувак попытался оттолкнуть Кройтнера в сторону. Но тот оставался недвижим.

– Да. Ты прав, мне до этого дела нет. – Он похлопал Чувака по плечу. – Хочешь узнать, как прийти к победному концу с Франци?

– Оставь меня в покое.

Кройтнер отошел в сторону и открыл Петценбергеру дверь. Тот вышел на улицу.

– Эй, кореш! – окликнул его Кройтнер.

Чувак немного нерешительно повернулся.

– Ты давненько торчишь от Франци. Но, в конце концов, пора атаковать, понимаешь? Бабы не ждут вечно. В какой-то момент подвернется другой, ну и все.

Чувак кивнул, но ничего не сказал.

– Чего ты ждешь?

Петценбергер пожал плечами:

– Она меня не хочет.

– Возможно. Но это нетрудно изменить.

Чувак задумался и посмотрел на Кройтнера, словно искал потерянную деталь на его униформе.

– Входи. – Кройтнер отступил в туалет.

Чувак снова прошел сквозь дверь.

– Почему ты думаешь, что Франци не торчит от тебя?

– Посмотри на меня.

– Да, да, есть проблема. – Кройтнер кивнул и сделал обеспокоенное лицо. – Но дерьмовый вид – это одно. Это не так важно для женщин. Главное, чтобы ты был настоящим мужчиной, умел то, от чего женщины торчат.

– Взломать компьютер?

– Да, но это не очень сексуально. Это могут и оба твоих кореша, и Шелдон, и Насерте. Женщины хотят заполучить настоящего парня, понимаешь? Того, кто просто так не спускает.

– Что ты подразумеваешь под «не спускает»? Горазд драться или что?

– Например.

Петценбергер выглядел встревоженным.

– Я еще никогда не дрался. У меня нет к этому интереса. И я не думаю, что Франци покажется сексуальным, если кто-то меня побьет.

– Неправильный подход. – Кройтнер с беспокойством покачал головой. – Представь себе следующее: Франци одна на дороге в ночное время. Одна-одинешенька. Затем появляются два типа и начинают приставать к Франци. Самым неприятным образом. Эх, понимаешь, чего они хотят? По-настоящему жестко. Они хотят залезть ей в нижнее белье. Франци кричит, зовет на помощь, но они зыкрывают ей рот. И когда уже практически нет надежды на спасение, кто вдруг появляется?

Петценбергер в шоке смотрел на Кройтнера.

– Ты! Чувак! Тадам! Суперчувак появляется, хватает двух приставал и показывает, где раки зимуют. Ррр-раз – и прямиком в печень, да так что не факт, останется ли она у них до завтра. – Кройтнер сопровождал свое описание такой зрелищной пантомимой боевых искусств, что Чувак почти почувствовал охоту приложить руку. – Так! Последний лежит на земле, дай ему еще по заднице, чтобы он стал отползать. И тогда ты массируешь свою руку, потому что она сломана, потому что ты так брутально дрался, что ничего не замечал. Ты круто смотришь Франци в глаза и гово ришь: «Все хорошо, беби?» Кройтнер взглянул на Чувака. Судя по просветленному взгляду, тот, очевидно, следовал за ним в сказочную страну благородных спасителей женщин. – А потом, понимаешь? Потом ты – герой.

Чувак мечтательно кивнул. Но через несколько мгновений его физиономия опять помрачнела и плечи поникли.

– Было бы неплохо. Но сценарий не совсем правильный: парень, который получает по заднице – это я.

Кто-то открыл дверь туалета. Это был Спок. Молодой человек с длинным носом и козлиным смехом.

– Ты еще жив! – сказал он, увидев Петценбергера, отпустил два коротких козлиных смешка и повернулся к Кройтнеру: – Я уже испугался, что он вошел в коридоры власти.

Раздался еще один козлиный смешок, и Спок ударил Чувака в грудь тыльной стороной ладони.

Кройтнер открыл дверь.

– Нам есть о чем поговорить.

– Мне пофиг. Я сваливаю.

Кройтнер вытолкнул мелкого парня за дверь.

– Облегчись там!

Кройтнер, мотая головой, захлопнул за ним дверь.

– Итак, внимание. Парень, который получает по заднице, – это не ты.